+38 096 868 85 02
east.hr.group@gmail.com
Facebook.com/east.hr.group
Павел Лисянский

Российские террористы ведут ''Л/ДНР'' по стопам ИГИЛ – представитель омбудсмена на Донбассе

 С приходом войны на восток Украины жители Луганской и Донецкой областей окунулись в ад. Как только "русский мир" ворвался на Донбасс они лишились практически всего, что имели в мирной жизни – семьи, работы и дома. Единственное, за что теперь борются украинцы на тех территориях – это право на жизнь, которую у них отбирают российские военные.

На Донбассе полным ходом нарушаются права человека. Чтобы исправить эту ситуацию, украинский омбудсмен Людмила Денисова полгода назад назначила на должность своего регионального представителя - известного правозащитника, первого в Украине лауреата немецко-французской премии за достижения в области защиты прав человека и утверждения верховенства права, бывшего директора общественной организации "Восточная правозащитная группа" Павла Лисянского.

OBOZREVATEL решил узнать у представителя омбудсмена, как поменялась ситуация с его приходом на должность, и каким образом ему удается защищать права человека на оккупированной территории.

 Полгода назад вы стали представителем Уполномоченного по правам человека на Донбассе, какие главные проблемы вы для себя определи за это время?

– Как только меня назначили, Уполномоченный по правам человека Людмила Денисова осуществила несколько визитов, и мы на местах определяли все моменты. Мы оценили масштабы с количеством внутренне перемещенных лиц, ситуацию на контрольно-пропускных пунктах, потом было несколько случаев детского отравления на подконтрольной Украине территории.

У меня все проблемы главные, но основная – это права жителей на оккупированных территориях.

Также одна из основных проблем – это мониторинг нарушений прав человека на оккупированных территориях. Но мы работаем, пытаемся оперативно информировать общество, потому что до нас этим никто не занимался.

 Какие сейчас основные проблемы у жителей Донбасса?

Если говорить об оккупированной территории, то у них самая главная проблема – это право на жизнь

– На территории "ДНР", по их так называемому законодательству, даже действует смертная казнь? Сколько случаев незаконных арестов наших граждан, которые там вынужденно остались. Когда их осуждают так называемые суды, к ними никто не допускается, им даже адвоката не предоставляют.

Про огромные проблемы национальных меньшинств, которые живут на оккупированных территориях. Эти граждане тоже лишены права на защиту, потому что, например, если гражданина Грузии задерживают на территории Украины, то к нему может приехать консул или посол, а там этого нет.

Вода... Подали в Макеевку некачественную воду – жители отравились. К кому им обращаться? Там нет правовой системы, там нет судов, там нет ничего. Они даже не могут защитить свое право на достойную жизнь.

Что касается подконтрольной украинской власти части Донбасса, то можно говорить о невыплате заработных плат шахтерам в регионе. Также недавно было два смертельных случая на шахте в Лисичанске и шахте "Тошковская". Очень много вопросов с песниями у людей.

 Вы сказали о смертной казни. На территории "Л/ДНР" уже были случаи применения такого наказания?

– Я слышал, но не могу объективно говорить, потому что подтверждений у меня нет. Есть фамилия родственников, но они боятся что-то говорить - опасаются стать следующими. Проблема в другом – в том, что у них это разрешено документально. Но вместе с тем, сколько было случаев, когда там убивали, и никому ничего за это не было.

 Да, убить человека для террористов - не проблема, но чтобы официально…

– Чему мы удивляемся? В Беларуси тоже есть смертная казнь. Но это факт, это разрешено в их так называемых законах.

Плюс, давайте возьмем места лишения свободы на оккупированной территории, там тихий ужас. Туда не допускаются международные организации, а если и допускаются, то только после каких-то резонансных случаев.

Буквально летом в "ЛНР" был случай, когда двоих заключенных отправили на работы чистить канализацию, они отравились и умерли. Хочу подчеркнуть, что по законам Украины заключенный может не работать – это его право. Он только должен отработать определенное количество часов в день, и эта работа направлена на благоустройство территории.

А на оккупированных территориях труд является общеобязательным. Поступая по своим "законам" и принуждая людей к труду, они получили то, что получили – смерть заключенных на производстве.

 С какими самим жуткими нарушениями прав человека вы столкнулись уже будучи на своей должности?

– Это отравление детей в детском лагере "Орленок" в этом году. Тогда я увидел, как из-за халатности подверглось опасности большое количество детей, там действительно была халатность.

Рядом идет война, выстрелы, а тут я увидел, как дети приехали на отдых и из-за каких-то не соблюдений санитарных норм они попали в больницу.

Что еще поразило, так это 40 человек в поселке Опытное, которое находится в полтора километра от донецкого аэропорта. Из-за постоянных обстрелов они остались без коммуникаций, но живут в этом поселке, потому что им некуда ехать. Там еще живет бабушка, ей четыре месяца назад снарядом оторвало палец.

Поэтому право на жизнь актуально как на оккупированной территории, так и на подконтрольной Украине, потому что РФ может в любой момент начать эскалацию конфликта и опять наши люди будут страдать.

 Что происходит в тюрьмах "Л/ДНР"?

– Пытки там происходят постоянно, у них даже график есть в "управлении исполнения наказаний МВД". У них есть спецназ, который регулярно приезжает и проводит так называемые оперативные мероприятия. Каких-то бунтарей или отрицательно настроенных лиц, или просто кого попало, они бьют. Для них это вполне нормально.

Обстановка такая, что оказание медицинской помощи очень плохое, заключенные очень сильно жалуются. По питанию, как говорят, в 2018 году стало терпимо, а ранее было просто ужасно. Хотя я думаю, что с работниками СИЗО тоже уже поговорили, чтобы мне много отрицательной информации не давали, поэтому вряд ли там что-то поменялось.

Знаю одно: та гуманитарная помощь, которая идет в места лишения свободы, она очень часто уходит на прилавки и не доходит к заключенным в полном объеме.

Почему "Л/ДНР" не хочет нам отдавать заключенных, которые были осуждены ранее? Потому что для них места лишения свободы – это индустрия, в каждой тюрьме есть своя промзона, и на этой промзоне люди работают совершенно бесплатно. При Украине людям за это платят. Плюс у человека есть возможность таким способом уменьшить срок, можно получить условно досрочное освобождение. То сейчас этого ничего нет.

По их "закону" если человек не хочет работать, то к нему применяются санкции. На территории "Л/ДНР" около 10 тысяч заключенных, из них 8 тысяч работают бесплатно. Они пекут хлеб, производят древесный уголь, кирпич, шлакоблоки, заключенные могут делать ремонт.

– Заключенных вербуют в ряды террористов?

 У них есть комиссия, которая приезжает в места лишения свободы, но уже ж никто не идет. Были случаи в 2014-2015 гг., но сейчас меньше. Да, если заключенный изъявил желание идти воевать, то у него есть такая возможность.

Но они сами говорят, что уже никто не хочет, все знают, что случилось с теми, кто ушел туда раньше. Это же пушечное мясо.

 Самые жестокие случаи нарушения прав человека на оккупированных территориях о которых вы слышали?

– В "ЛНР" в 2016 году расцвели копанки – это незаконные шахты. Там добывают уголь с нарушениями всех правил техники безопасности. Вот на одной из таких копанок на оккупированной территории произошел взрыв, погибло 16 человек.

А вообще мне известны случаи, когда в городе Антрацит просто похитили и убили человека. Задерживали людей и отправляли их в подвалы, там их били – и некоторые не выжили. Я прекрасно знаю родственников этих людей, которых уже нет в живых.

Убить там и не понести за это ответственности – очень легко

Но я считаю, что самое большое нарушение прав, которое они делают – это привлечение детей к военной идеологии. Это самое жесткое нарушение прав человека, которое может быть. Они привлекают детей к военным парадам, со всей символикой, военными билетами, было видео, где мальчик уже с такой ненавистью говорит об Украине... Что они делают? Они в молодое поколение вкладывают идеологию войны, и делают это для того, чтобы в Украине никогда не настил мир.

Они сейчас бросают много сил на воспитание идеологии войны и ненависти к Украине.

– Были видео, где показывали 7-летнего мальчика, который рассказывал, как он стрелял по украинским военным. Действительно бывают такие случаи, что дети попадают в ряды террористических организаций?

– Я слышал о таких случаях.

– А какой самый минимальный возраст таких детей?

– Слышал про 9-10 лет. У них там даже есть такое выражение – "сын полка".

Я вам скажу следующее: недавно прочитал книгу, называется "Черные флаги. Ближний Восток на рубеже тысячелетий", там рассказывается, с чего началась и как поднималась террористическая организация ИГИЛ, из-за которой мы получили войну в Сирии. Знаете, сейчас на территориях Донбасса происходит нечто похожее.

У ИГИЛ все начиналось с формирования идеологии, ее разъяснения, привлечения к ней людей. Вот сейчас тоже самое идет на оккупированных территориях: они собирают молодежь, проводят тренинги, насаждают им ненависть к Украине, интригуют их военной романтикой, патриотизмом.

Если промониторить СМИ на оккупированных территориях, то там каждую неделю проходит какой-то митинг-реквием, на которых местным жителям напоминают об убитых "героях", за которых надо мстить.

Это все вкладывается в умы молодому поколению.

– То есть с жителей Донбасса делают подобных террористам ИДИЛ?

- Я не могу сказать, что из них делают что-то по типу террористов ИГИЛ. Я просто привел аналогию, к чему это может привести.

– Что делать с этими людьми, детьми, которым вбили в головы о том, что Украина – враг, после возврата оккупированных территорий под контроль украинских властей.

– Клин клином вышибает. Нам также надо будет собирать людей, проводить тренинги, только ни в коем случае не упускать это время.

Сейчас по распоряжению украинского омбудсмена мы работаем с детьми в школах и университетах, мы им даем образование в сфере прав человека, проводим ознакомительные семинары, где рассказываем об их правах.

Также надо будет и делать с молодежью, которая подверглась принудительной обработке российской пропаганды. Но, конечно, не просто про права человека им рассказывать, а показывать, что же на самом деле произошло и почему на той территории появились российские танки.

– Как возвращать умы тех людей, которые подверглись тотальной пропаганде, и сколько на это потребуется времени?

– Я не знаю, сколько это времени может занять. А реинтегрировать надо тем, что приезжать в регион и проводить работу. Проводить разного рода мероприятия: образовательные информационные и так далее.

Знаете, мы проводим срез общественных мнений на оккупированных территориях, и могу сказать, что жители хотят вернутся на территорию Украины. 70% с тех, с кем мы общались, – хотят, 20% говорят - нет, а еще 10% полностью подверглись российской пропаганде.

Как их реинтегрировать? Просто приезжать и работать. Приведу пример по Дебальцево, я там был, когда он был под оккупацией, и был в тот момент, когда заходила украинская армия. Вот наша правозащитная организация, начальник полиции Дебальцево и военные восстанавливали украинскую государственность в городе.

Мы налаживали работу государственных учреждений, договаривались о поставках гуманитарной помощи, оценивали масштабы разрушений, это полноценная работа – приезжать и восстанавливать украинскую государственность на этих территориях. Тут просто приезжать, зарываться с головой и работать 24/7.

– Как поменялось мировоззрение жителей оккупированного Донбасса за последние 4 года?

– Очень сильно поменялось, все увидели истинное лицо РФ. Конечно, еще осталась пророссийская поддержка, не стоит недооценивать российскую пропаганду, она работает.

Но вместе с тем, там появилась куча проблем: у людей нет работы, шахты закрываются, соответственно, не платятся деньги, зарплату не получают даже те, кто работает. И это никак не скрыть, никакая пропаганда это не перебьет.

– Часто ли на Донбассе люди выходят на протесты, в связи с тяжелой социальной и экономической обстановкой?

– Да бывают протесты, но сразу подавляются. Были случаи в Ровеньках, там на шахтах люди начали протестовать, туда сразу пришли с автоматами. В Луганске 34 человека выходило на протест по поводу того, что их родственников-заключенных не выпускают. Там были случаи, когда решения их же судов игнорировали местами лишения свободы и люди продолжали сидеть по несколько месяцев. И этот протест был подавлен.

Попытки есть, но они жестко пресекаются.

– Как известно, за все, что происходит на оккупированной территории, отвечает страна-оккупант, но все же, что Украина может сделать для жителей Донбасса, чем помочь?

– Сейчас мы можем делать самое главное – это мониторить и документировать. И когда мы восстановим территориальную целостность страны – отдавать под суд тех людей, которые совершали преступления.

– Сколько случаев нарушения прав человека зафиксировано на Донбассе?

– Это тысячи нарушений, если только по судам "ЛНР" осудили 1413 человек, это их официальная статистика на январь 2018 года. Эти люди были осуждены без адвокатов, по несуществующим законам. В "ДНР" больше в два раза. А сколько было людей, у которых они машины отжимали, сколько людей они в 2014 году загубили, сколько случаев незаконных задержаний и так далее. Мне даже страшно называть эти цифры.

Вот сейчас "власть Л/ДНР" ищет механизмы для того, чтобы пустующие квартиры, которые люди оставили, выезжая на подконтрольную Украины, выдавать врачам и военным.

Но тут есть один подводный камень: врач, который много лет прожил, например, в Антраците, зачем ему там нужна квартира? Она ему не нужна, и ему ее не дадут. Военным понятно, они приезжают из РФ, им надо где-то жить. Это к чему я говорю. Значит, они уже и врачей туда командируют, потому что с ними там большая проблема был даже указ не выпускать врачей с "республик" даже в РФ.

А второй момент, это будет незаконное завладение чужим имуществом. Это еще дополнительные нарушения прав человека.

Материалы взять на сайте ОБОЗРЕВАТЕЛЬ